Интервью

Интервью…

35 топиков

avatar

Dinky (Panorama Bar / Berlin)

Опубликовал в блог Интервью
0
Представляем Вашему вниманию интервью, которое Алехандра Иглесиас (Dinky) — резидент одного из наиболее популярных клубов мира — Panorama Bar (Berlin) дала перед своим приездом в Петербург.


Что означает твой псевдоним Dinky?

Это не я придумала. Меня так называли в семье, с самого детства.

Ты родилась в Чили, жила в Нью-Йорке, а сейчас в Берлине. Где ты чувствуешь себя как дома?

Сейчас мой дом — это Берлин. Я чувствую себя там очень комфортно.



Совсем недавно ты начала выступать с лайв сетами. Как это отличается от диджеинга и что тебе больше по душе?

Конечно, это совсем разные вещи. Как диджей я играю музыку других музыкантов, а лайв — это только собственная музыка. В своем лайве я использую клавиши, синты, гитару, и сама пою, так что все реально происходит «вживую». А вообще, публика сейчас не совсем разбирается в том, что лайв, а что — не совсем лайв. Из-за того, что многие играют с ноутбуков, трудно понять, лайв это или диджей сет. Я очень люблю свою роль диджея, но все-таки играть лайв более значимо для меня, чем играть музыку других продюсеров.

Любишь ли ты играть бэк-ту-бэк?

Если честно, это не совсем мое. Обычно я не люблю играть бэк-ту-бэк. Конечно, исключение составляет мой муж, Matthew Styles, так как мы хорошо знаем музыку друг друга. Только с ним у меня хорошо получалось, а с другими всегда были проблемы, поскольку они были на другой волне. Я люблю сохранять гармонию, когда перехожу от трека к треку, и мне очень не нравится, когда гармония одного не подходит другому.

Назови музыкантов, которые вдохновили тебя.

У меня они меняются каждые 6 месяцев. Джаз и соул всегда влияют, например: Billie Holliday, Ella Fitzgerald, Erykah Badu, Miles Davis. А из мира электроники на меня повлияли: Aphex Twin, Kraftwerk, Cocteau Twins, The Cramps.

Ты много путешествуешь, назови свои любимые города и клубы.

Берлин — мой любимый город, я обожаю выступать там.



Сценарий идеальной вечеринки для тебя.

Открытые люди, хороший звук, приглушенный свет, удобная сцена и доброжелательная атмосфера!

В чем ты видишь различия американской и европейской электронной сцены?

В последнее время я бываю в Америке примерно раз в году, поэтому я — не эксперт, но мне кажется, что там публика проявляет больше энтузиазма. Европейцы более скромные и более серьезные.

Что ты знаешь о Петербурге и России, знакомо ли тебе творчество наших электронных музыкантов?

Я никогда не была в Петербурге и поэтому очень хочу увидеть этот город. В детстве я училась балетным танцам и ходила на русский балет. Я очень уважала русскую балетную технику и следила за Нуриевым, Барышниковым и другими. Также я очень люблю русских классических композиторов, например Рахманинова. А вот в русской электронике я не очень разбираюсь. Надо будет более пристально следить за ней в будущем.
avatar

Mr G (Rekids). Часть 2

Опубликовал в блог Интервью
0

Что же касается микса, ты, похоже, смотришь на это как на большую картину, а не как на цепочку звуков.
Я просто заполняю пустоты…

Сейчас ты работаешь над новым ремиксом. Расскажи о твоем подходе.
Я только вчера получил исходники. Вообще, я не планировал заниматься этим заказом до августа, но вчера я послушал треки и решил, что они весьма неплохи. Просто иногда дают такие треки, которые не отвечают твоим ожиданиям. Что же касается A1 Bassline, я считаю, что здесь ремикс вообще не нужен. Заказчики согласились со мной, но затем агент A1 сказал, что его подопечный очень любит мое творчество и хочет, чтобы я занялся ремиксом.

После уборки этой комнаты я немного подустал и первое время вообще не хотел работать с музыкой, тем более что микширование требует времени, такие вещи за один день не делаются, я должен почувствовать трек, понять его! Мне нравится оригинальная композиция, но я должен найти в ней что-то свое. Этот парень прекрасно работает с басом, но ведь и я — фанат баса! Так что я потратил весь день на то, чтобы создать действительно мощную и яркую басовую линию.

Похоже, при ремиксе ты фактически создаешь полностью свой трек, сохраняя из оригинала лишь пару-тройку сэмплов. Так ли это?
Когда-то я старался делать ремиксы, строго следуя концепции оригинального трека. Я и сейчас считаю, что в ремиксе непременно должны быть элементы оригинала. Я люблю струнные, мне нравится этот вокальный сэмпл в стиле «регги», но, как правило, при работе над ремиксом я создаю свою собственную композицию. Все дело в том, что когда я стараюсь сделать не свой, а их ремикс, я всегда или попадаю в замешательство из-за сочетания баса с пэдами, или мне кажется, что ударные недостаточно тяжелые. А все потому, что я использую «их» бочку, а не свою. Тогда я прибавляю звук и говорю: «Так, Колин, это не твой звук, избавься от него сейчас же». И в итоге получается мой ремикс, именно с моим звуком. Чем больше я это делаю, тем лучше у меня получается делать ремиксы.

Но ведь ты не сразу пришел к такому подходу?
Да, я долго шел к этому. Я старался быть милым и вежливым, и каждый раз, показывая своей девушке новый трек, я слышал от нее вопрос: «Ого, а что ты вообще изменил в этом треке?». Скажу так, что иногда можно не трогать басовую линию, но тогда однозначно стоит поработать со всем остальным. Но, конечно, не всегда работает такой подход, иногда возникают проблемы с таймингом, или басовая линия звучит на полтона ниже. В таком случае вы можете добавлять разные пэды, но они не будут хорошо звучать с басом.

Так что, еще раз повторю, что, с моей точки зрения, ключевые элементы исходной композиции нужно сохранить, однако все остальное следует создавать самостоятельно. Я делал серьезные миксы за гроши, я буквально плакал от этого, потому что понимал, что работаю неправильно. Я старался не трогать вокал или не изменять фон, старался лишь добавлять эффекты и примочки, но в итоге после двух недель работы я ничего не достигал. С каждым днем я переживал все сильнее и однажды, вернувшись домой, подумал: «Нет, я больше не буду мучить себя по две недели». И решил сделать новый микс. Я поработал над треком, включил его и понял, что это – именно то, что было нужно! Так что теперь я работаю именно в таком ключе, по-своему.


Давайте поговорим о живых выступлениях – на сцене ты работаешь с MPC, микшером и ноутбуком.
Что касается выездных выступлений, то больше всего я доверял MPC. Мне жизненно важно выступать с инструментом, с которым я чувствую себя комфортно. С MPC мне удобно работать и в дороге, и на сцене. А чтобы расслабиться и чувствовать себя свободнее, я обычно выпиваю немного рома.

Затем на сцене я представляю, что нахожусь в своей студии и отрабатываю, например, танцевальные движения. Скажем, мне нужно приготовить живое выступление в Японии в сентябре. Что же я делаю после того, как все треки опубликованы? Я сохраняю оригинальные композиции на CD с оригинальными настройками и эквализацией, а затем перезаписываю их для концерта с помощью MPC. Я не сохраняю их в MPC, не доверяю таким вещам. Так что всегда нужно быть уверенным, что треки по-прежнему находятся в моем распоряжении (на диске), потому что кто-нибудь в любой момент может попросить меня сделать новый ремикс, а что я смогу написать без исходных треков? Так что на каждый диск я приклеиваю этикетку – если дисков 89, этикеток тоже 89. При ремикшировании я загружаю треки в MPC и заново, с исходников, создаю свою композицию.

Хотя твои выступления, в принципе, достаточно похожи друг на друга, во время тура все же возникают какие-то отличия.
Да, я обычно выступаю с 12 или 13 композициями, я могу пускать их в любом порядке, правда, у самых новых треков более высокий битрейт. Я могу спокойно отыграть все тринадцать композиций, а затем резко вернуться к третьему треку и отыграть его уже с другими настройками эквалайзера. Никакого программирования, только лупы.

Вообще, после The Advent я не планировал выступать вновь. Я ведь тогда давал по три концерта каждые выходные, еженедельно, в течение семи лет. Я буквально спрыгнул с поезда, отказавшись от новых туров – не хотелось больше путешествовать. И тогда я осел в своей милой маленькой студии, делая свое дело, однако в моей работе невозможно обойтись без выездов. Но главным местом для меня теперь является студия. Недавно я выступал в Барселоне и Берлине, оторвавшись от студии аж на две недели, что было непривычно и доставляло дискомфорт. Так что я отменил следующие концерты на выходных и вернулся в студию. Считаю себя достаточно зрелым и опытным, чтобы быть уверенным в том, что я способен привнести в живые выступления что-то новое.

Похоже, за время работы в студии ты стал более конкурентоспособным.
Безусловно. Фишка в том, что мне уже 52, но на пенсию не собираюсь – я еще покажу вам, что такое музыка. Я прихожу в клуб, раскачиваю молодежь, они спрашивают о моем возрасте и узнают, что мне 52. И они говорят: «Ого, да моему отцу еще нет 52!». В такие моменты я чувствую, что поработал плодотворно. Все говорят мне: «Да, чувак, ты просто уделал их».


Что сделало этот период твоей работы особенно удачным?
Выступления в Boiler Room. Мой лейбл, Rekids, собирался организовать шоу с Ниной Кравитц, Мэтом Эдвардсом (он же Radio Slave) и со мной. Нины не было в городе, и шоу было отменено. Однако в городе был мой приятель Semtek, и он сказал: «Слушай, у меня есть место в Boiler Room, и я бы смог туда попасть, если ты выступишь». Тогда, помнится, я сидел на диване и раздумывал над этим предложением. Достаточно ли у меня уверенности в том, что стоит это делать? И тогда мои друзья сказали, что мне необходимо заявить людям о себе. Я пришел в клуб и несколько огорчился уже на этапе настройки звука. Я спросил у девушки, настраивающей видео, видела ли она меня прежде. Получив отрицательный ответ, я утвердился во мнении, что проблем с видео мне не избежать.

Затем организаторы вдруг заволновались: «Черт возьми, да как нам поймать его в объектив?». Позже я перегрузил звук, потому что не хотел, чтобы кто-то слышал оригинальное звучание, зная, что люди потом захотят скачать эти треки. К счастью, там были мои друзья, и я имел какую-никакую поддержку, а также немного текилы Patron. В конце концов, я подумал, что выступление в этом клубе не является такой уж дурацкой идеей, я сделал свое дело, я наслаждался игрой, но я совсем не знал, что мое выступление станет таким популярным. Оно и по сей день является моей визитной карточкой. На следующий день после шоу я прочитал комментарии, где вчерашний вечер был назван лучшим в Boiler Room за все время его существования. Я был на седьмом небе от счастья и выпил столько текилы, что опьянел вконец. Однако я был в тот момент счастливее, чем когда бы то ни было.

Я видел то выступление и, помню, меня впечатлила твоя жесткость и бескомпромиссность. Молодежь любит мягкие переходы, но ты не пошел у нее на поводу, и, чем жестче была музыка, тем более эмоционально танцевала публика.
Да! Это было сумасшествие! Я играл вне всяких правил, я ошибался, но я считаю, что именно в ошибках кроется совершенство. Иногда именно плохое сочетание баса и клавиш в треке является самым цепляющим моментом. Не важно, как звучат инструменты, важно лишь то, что я слышу и чувствую, важно только это.

По материалам residentadvisor.net
avatar

Moderat: Впусти свет. Часть 2.

Опубликовал в блог Интервью
0
Один из ваших новых треков называется «Therapy» (Терапия). Неужели вы действительно применяли терапевтические методы в работе с Сашей в стрессовых ситуациях?

Гернот Бронсерт: Это была групповая терапия. При создании записи у нас хватало своих собственных проблем. У нас с Сзари есть семья и дети. Мы постоянно в делах: нужно что-то купить, сходить на встречу, забрать детей из детского сада и так далее. Для нас это была одна из самых главных проблем в самом начале. Саша же до сих пор живет нашей старой жизнью — техно и рок н' ролл музыкант, который постоянно гастролирует и записывает новые альбомы. Поэтому первые три месяца мы пытались найти нужный ритм, в котором все бы могли комфортно работать. Было много обсуждений и мы действительно не знали, в каком направлении будет идти запись. Поэтому было принято решение сделать перерыв и побыть на расстоянии друг от друга. Когда же мы вернулись, все было ясно. Словно разошлись тучи и мы увидели чистое небо.

Саша Ринг: То, что говорит, Гернот отчасти является правдой. Каждый день они возвращались домой к своим семьям и наслаждались жизнью. И это очень здорово и правильно. Потому как я приходил домой очень поздно, просыпался рано утром и шел обратно в студию. Если вы живете так изо дня в день на протяжении нескольких месяцев, это изматывает вас.

Тексты на Moderat II полны самобичевания. В голосе Саши слышатся тревога и сожаление. Даже потенциально возвышенные песни несут в себе грустные нотки. Вам присуща меланхолия и в жизни?

Гернот Бронсерт: Я бы назвал это «быть глубоким и вдумчивым человеком».

Саша Ринг: Да, и в то же время — нет. Такой уж у меня характер. Как говорит Гернот, я имею тенденцию замечать негативные вещи, хотя при этом в моей жизни много положительного, как и в жизни окружающих меня людей. Но я отлично провел время записывая этот альбом. И это не стало тяжелым бременем для меня. Лирика немного старая, накопленная в течении года или около того. Я пишу только в определенные моменты — когда я возвращаюсь домой из бара, пьяный и разочарованный. Не знаю что писать, если я счастлив.



Некоторые треки звучат так, словно они были специально написаны для большой аудитории на фестивале. Они напоминают гимны, и величественны в своем масштабе В параллельной вселенной, я почти могу представить их конкурирующими с Coldplay и U2. Так и было задумано? Было ли у вас желание попробовать себя в написании гимна, что, нужно отметить, является довольно непростой задачей?

Саша Ринг: Это происходит само по себе. Не нужно думать о том, что и как происходит, после того, как музыка покинула пределы студии. Или вам придется иметь дело с завышенными ожиданиями. Люди и так говорят о «сложности» второго альбома, поэтому, чтобы как-то уйти от всего этого, проще всего просто перестать думать о таких вещах.

Гернот Бронсерт: Моей целью было закончить и донести до слушателя как можно большее количество треков, которые нам всем понравились. Мы не делаем музыку как кто-то, кто сидит в студии дни напролет, и при этом получает огромные гонорары, оплачиваемые огромными лейблами. Наша музыка просто выходит из нас. И тем не менее, спасибо за то что сказали, что трек напоминает вам Coldplay.

Саша Ринг: [смеется] Он не говорил этого.

Ха. Нет, не говорил. Но в отличие от многих музыкантов из «андерграунда», вы, кажется, любите большие и сентиментальные моменты, которые возникают между вами и вашей публикой. Например, когда Сзари, ди-джей из Modeselektor, подбадривает толпу держать зажигалки над головой во время исполнения " Rusty Nails.". Искренне ли все это или же здесь присутствует легкий иронический оттенок?

Гернот Бронсерт: Я могу объяснить это очень легко. Когда мы выступаем в качестве ди-джеев, Сзари приносит с собой драм-машину и несколько маленьких коробочек, но музыку играю в основном я. Поэтому [смеется] он должен чем-то заниматься, пока стоит рядом со мной в течение двух часов: зажигалки, брызги шампанского, краудсерфинг. Однако я соглашусь, что нам всем нравятся эти моменты. Песня «Rusty Nails»важна для нас, поэтому мы часто используем этот трюк с зажигалками. И публике нравится это. Ведь суть не в том, чтобы быть ультра клевым парнем, который играет лучшую андеграунд музыку. Главное — хорошо проводить время и делать людей счастливыми, понимаете?



Как все это воспринимается в Берлине? Ведь сцена в Берлине слывет крайне предвзятой, агрессивной и даже анти-коммерческой. А Moderat побил рекорд по масштабам сравнимыми с поп-хитами. Беспокоитесь ли вы о том, как альбом будет принят?

Гернот Бронсерт: Нет, я думаю, что люди с нетерпением ждут его. Альбом должен стать глотком свежести. Нечто красочное, наполненное эмоциями. В Берлине все знают, кто мы и откуда мы. Не думаю, что нам следует перед кем-то объясняться, или стараться следовать стереотипным представлениям Берлина, о которых вы можете прочитать в журналах, что валяются в аэропортах.

Саша Ринг: Кроме того, это плавный переход, без всякой спешки. Мы не сказали в один прекрасный день: «Давайте напишем поп-альбом». Просто постепенно появляются новые элементы, которые вы гармонично вплетаете в свою музыку. Мы устраивали и были ди-джеями на андеграундных вечеринках большую часть своей жизни. Подростки устраивают безумные вечеринки в своих подвалах в Нойкельне (прим.: район Берлина), и нам по-прежнему весело их посещать, но я думаю, что возможно мы немного выросли из этого. Однако мне нравится этот андеграундный менталитет, присущий Берлину. Если вы хотите устроить шоу с участием David Guetta, то его довольно сложно разрекламировать, и я крайне этому рад.

Гернот Бронсерт: Мы и по сей день поддерживаем дружеские отношения со многими ребятами из разных клубов. Пишем с ними музыку или помогаем выпускать их собственное творчество. Нам принадлежит лейбл 50 Weapons, поскольку мы все те же самые парни что и 10 лет назад. Мы ничуть не изменились. Просто сейчас мы играем на больших фестивалях и сценах. Несколько недель назад мы играли бесплатно на одной из вечеринок здесь, в одном из берлинских парков. Мы пригласили Buraka Som Sistema и пару тройку других друзей с нашего лейбла, и мы были крайне удивлены тому количеству людей, что пришло на вечеринку. Пять или десять лет назад все было совершенно иначе.

Даже людям из андеграундных клубов нужны красивые мелодии и немного поп-музыки в их жизни, не правда ли?

Гернот Бронсерт: Само собой. Я не верю в иерархию. Я не верю тому, что пишут журналы и блоги. Я просто следую за своим внутренним голосом. Мне нравится музыка, которая говорит со мной и является откровенной. Мы пытаемся писать именно такую музыку. Moderat не несет в себе никакой сложной концепции. Если бы вы знали, как мы делали этот альбом… как пришла идея оформления обложки… Со стороны все это выглядит как большой, хорошо организованный план [Саша смеется], но все совсем не так. Поверьте мне.

По материалам residentadvisor.net
avatar

История лейбла Kompakt. Часть 4.

Опубликовал в блог Интервью
0
Рейнхард Фойгт: Конечно, наш успех не может длиться вечно. Это просто невозможно. Это нормально для всех компаний, не только для музыкальных.

Михаэль Майер: Примерно в то время один журнал попросил меня записать диск, который они потом хотели продавать вместе в выпуском журнала. Тогда я сказал: «Если мы сейчас сделаем это, то на следующий год от нас ничего не останется». Я помню, что произошло с DJ Hell и электроклэшем. За один год он стал Богом, а потом они враз подкосили его.

Рейнхард Фойгт: Сегодня компания находится на пике, все о ней говорят, а завтра ты спотыкаешься и немного скатываешься вниз. Но что касается нас, то я этого ожидал. Для нас это не было неожиданностью.

Тобиас Томас: Kompakt очень важен для меня лично и для многих моих друзей, которых я считаю своей семьей. Но это, наверное, был Kompakt 1. Теперь мы, я думаю, в фазе Kompakt 2 или Kompakt 3, потому что времена менялись, люди менялись и идеи тоже менялись.

Kompakt Tobias Thomas

Bleed: Это длилось долго…Но в определенный момент, когда винил утратил свою популярность, медленно исчезла и вся загадочность и особенность.

Рейнхард Фойгт: 2007 и 2008 были очень тяжелым периодом.

Вольфганг Фойгт: Тогда мы закрыли наш mp3-магазин.

Михаэль Майер: Думаю, мы были первыми после Bleep, кто открыл mp3-магазин. К этому решению мы пришли не сами. Меня на тот момент музыка в цифровом формате не интересовала вообще. Но мы знали, что наша музыка была доступна и в Интернете, поэтому решили, что будет лучше дать покупателям возможность приобретать музыку легально, чем пострадать от пиратов…Создание сайта − это был настоящий ужас.

Ральф Кристоф: В этом плане ни Вольфганг, ни Майкл не похожи на Ричи [Хоутина]. Тогда никто не мог знать, что на рынке будет доминировать музыкальный онлайн-магазин Beatport. Единственным выходом было инвестировать в свой проект, но им эта идея не понравилась.

Михаэль Майер: Мы закрыли наш магазин Kompakt mp3, потому что мы закрыли наш старый вебсайт. Kompakt mp3 кое-как работал, но из-за него мы скорее теряли деньги, чем зарабатывали. Этот магазин истрепал всем нервы, да и сама идея его открытия была нам не по душе. Так зачем заниматься тем, во что ты не веришь? Мы уже занимаемся продажей, дистрибьюторством, звукозаписывающей деятельностью, паблишингом, ведем агентство– этого вполне достаточно.

Вольфганг Фойгт: Постепенно работы все прибавлялось, а усилий для этого требовалось все меньше.

Bleed: Что касается этого перехода к музыке в цифровом формате, то они просто не знали, что делать в этой ситуации. Я уверен, что если бы Вольфганг захотел, то у него бы все получилось.

Скотт Плагенхоф: Мне кажется, в этом плане они просто сдали позиции.

Джон Берри: В тот период затишья вышли успешные альбомы The Field и Ги Боратто, ставшие новой искрой, давшие толчок к движению вперед. Это был очень важный момент в истории компании.

Kompakt Gui Boratto

Юстус Конке: К всеобщему удивлению, дебютные альбомы Ги Боратто и в особенности The Field стали очень популярными, зацепив и рынок инди-музыки. Было продано 18.000 и 20.000 копий альбомов соответственно.

Джон Берри: Я по-настоящему верил в The Field. Первые его синглы были, наверное, самыми провальными в истории Kompakt, но мы с Вольфгангом продолжали верить в этого парня. Мы все же надеялись, что однажды он выдаст что-то гениальное.

Вольфганг Фойгт: Я и не думал, что The Field обретет такую популярность. Когда это случилось, я был счастлив как никто другой, потому что именно такой альбом я и хотел выпустить на своей лейбле. Этот звук казался мне сложным и особенным.

Михаэль Майер: Иногда просто случается так, что нужная пластинка выходит в нужное время. Кажется, именно тогда мы стали известны в Америке, и как раз тогда люди гадали, что же мы за «странные музыканты». И The Field стал отличным дополнением к нашему странному, загадочному образу. Его стиль идеально подошел молодой аудитории. Я не мог этого предвидеть. Джон был уверен в успехе, но я думал, что альбом слишком странный, чтобы стать успешным. Но я ошибался. Видимо, он лучше знает американскую аудиторию.

Вольфганг Фойгт: Что касается Боратто, то тут я не был удивлен. Если мир это танцпол, то Боратто всегда сможет показать класс.

Михаэль Майер: Я ставил на Ги. Тут я определенно ждал огромного успеха. У него невероятный талант. И он проявился как раз в нужный момент.

Ги Боратто: Я записал альбом Chromophobia за два месяца. После выхода этого альбома на меня обратили внимание, я стал постоянно участвовать в больших концертах и турах.

Джон Берри: Я по сей день считаю, что Beautiful Life это гимн, который выдержал испытание временем.

Михаэль Майер: Тогда все и изменилось. Если раньше мы были лейблом, выпускавшим 12-дюймовые пластинки, то сейчас мы начали двигаться в новом направлении. В начале развития нашей компании брэнд Kompakt затенял всех своих исполнителей. Вот почему мы стали больше работать с новыми проектами.

DJ Koze: Kompakt похож на другие лейблы. Они немного устали от формул и открыты новому влиянию – например, WhoMadeWho или Gus Gus.

Bleed: Kompakt всегда был ориентирован прежде всего на электронную музыку. Сейчас же они начинают работать с разными коллективами, делая свое портфолио более разнообразным.

Джон Берри: Я не думаю, что мы свернули с нашего первоначального пути. Да, мы стали работать с новыми группами, но мы по-прежнему остаемся верны себе.

Михаэль Майер: Сейчас у нас доминирует датское влияние. Большинство музыкантов, с которым я заключил контракты за последние два года, родом из Копенгагена.

Джон Берри: По мере того как развивается музыка, она все больше смешивается. Например, ты работаешь над хаусом, который будут слушать поклонники инди и который еще никогда не звучал в клубах. Такое смешение разных жанров формирует более широкий круг слушателей и делает все интереснее.

Матиас Агуайо: Сейчас слушатели более открыты всему новому, и, на мой взгляд, в этом есть заслуга Kompakt. Если ты идешь на вечеринку Kompakt, то знаешь, что тебе не придется всю ночь слышать одни и те же биты. Ты знаешь, что тебя ждут сюрпризы.

Ральф Кристоф: Мне кажется, что желание привнести такие вещи, как Rainbow Arabia, WhoMadeWho и Gus Gus, само по себе очень хорошее, но это шаг был сделан поздновато. Лейбл Warp Records уже показал нам и всему миру, как это надо делать, при этом не вредя своей репутации, а наоборот − вызывая к себе интерес, привлекая внимание и завоевывая новых слушателей.

Тобиас Томас: То, что Kompakt до сих пор существует, − уже большое достижение. Ведь многие другие лейблы сошли с дистанции. Михаэль и Вольфганг могут гордиться тем, что они все еще уверенно держатся на плаву. Но ситуация уже не та, что 15 лет назад. Теперь стало меньше загадочности, ощущения какого-то волшебства и избранности. Все стало более обычным.

Юстус Конке: Справляться с успехом и не сойти с ума на его почве – это редкое умение.

Rex The Dog: У них есть единство, целостность. Они все делают по-своему и являются настоящей семьей. Но в то же время у них железная дисциплина. Думаю, их успех заключается в комбинации энтузиазма и рвения, с одной стороны, и последовательности и сдержанности, с другой.

Тобиас Томас: Мне кажется, что в те годы успеха мы приняли много важных решений, благодаря которым мы до сих пор на плаву. Например, решение сформировать надежную дистрибьюторскую сеть.

Рейнхард Фойгт: Мы выжили, потому что в период успеха смогли сберечь деньги на черный день.

Матиас Агуайо: Продолжительность даже более важна, чем рост, ведь она означает стабильность. Поистине «немецкое» отношение к бизнесу.

Тобиас Томас: Kompakt был очень успешным лейблом. У него настолько прочный фундамент, что он помог компании пережить непростой период.

Михаэль Майер: Как вы видите, многие лейблы закрываются из-за сбоев в работе дистрибьюторской сети. Это очень сложный бизнес. В один день можно потерять все свои деньги. Мы тоже потеряли много денег, но поскольку у нас много разных источников дохода, мы не пошли из-за этого ко дну.

Скотт Плагенхоф: Я думаю, что эклектизм всегда их выручал.

Вольфганг Фойгт: Дела в букинг-агентстве идут очень хорошо. Также мы занимаемся паблишингом. Kompakt по-прежнему успешен, хотя пик нашего расцвета уже позади. Но лейбл все еще очень силен. Например, мы продали много систем Sync для рекламы автомобилей. Таков бизнес: где-то теряешь, а где-то приобретаешь.

Bleed: Kompakt трудно описать парой слов…Его история еще не окончена.

Йорг Бургер: На мой взгляд, самое удивительное в Kompakt то, что этой компанией по-прежнему управляют друзья. И хотя людям кажется, что это большой серьезный бизнес, люди, работающие в нем, очень простые и приземленные в хорошем смысле этого слова.

Ингмар Кох: В Kompakt мне нравится братские отношения между бизнес-партнерами. Работа отнимает больше времени, чем личная жизнь, и ты не должен тратить это время на ссоры и плохое настроение. Ты должен получать удовольствие от работы в команде.

Михаэль Майер: Самым мотивирующий элементом этой компании являются люди, которые в ней работают. Некоторые из них с нами уже более 10 лет. Это звучит как клише, но это действительно семейный бизнес. Я ради них на все готов.

Вольфганг Фойгт: Нужно все делать самому, учиться понимать бизнес, не обращать внимания на то, что говорят другие. Не стоит стремиться дать людям именно то, чего они от тебя ждут. Нужно быть более сложным, непредсказуемым.

Михуэль Майер: У нас еще много всего впереди. Я по-прежнему стремлюсь к развитию, к поиску интересной музыки. И пока люди не швыряют нам в лицо наши же альбомы, я не планирую закрывать лейбл.

Вольфганг Фойгт: Ни шагу назад. Только вперед.

Kompakt Wolfgang Voigt Jorg Burger Reinhard

По материалам residentadvisor.net
avatar

Lusine (Ghostly International, USA)

Опубликовал в блог Интервью
0
Представляем Вашему вниманию топ 5 любимых треков и интервью, которое нам эксклюзивно, накануне своего визита в Петербург, дал Lusine — он же Jeff McIlwain. Он впервые приезжает в Петербург с лайв-программой и привозит сюда свой новый альбом «The Waiting Room», который вышел на лейбле Ghostly International в 2013 году.


Откуда взялось твое имя — Lusine?

Я выбрал это имя много лет назад, потому что мне показалось, что оно подходит моему музыкальному стилю и звуку.

Почему ты не выступаешь как диджей?

У меня очень своеобразный диджей стиль. Мои сеты достаточно минималистичны и не предназначены для того, чтоб просто порадовать публику. Кроме того, для диджеинга нужно много времени и денег, а я предпочитаю использовать свое время в студии, записываю свою музыку. Я почти никогда не играю диджей-сеты для клубной публики, только в своем городе на маленьких вечеринках.

Kак получилось что ты записываешь музыку к фильму Joe? Расскажи подробнее об этой работе.

Моя карьера в кино началась, когда я принял участие в работе над голливудскими фильмами с композитором из Лос Анжелеса David Wingo, с которым я познакомился через свой лейбл. Он работает с режиссером David Green, и они решили, что мой стиль очень подходит к настроению фильма Snow Angels. С тех пор я пишу музыку для них в разных стилях, в зависимости от фильма. Joe самый новый фильм, и с ним все получилось очень гладко. Это очень темный фильм, и мне кажется наша музыка очень подходит к нему. Иногда бывает не так просто, если режиссер хочет определенный стиль, который мне не так просто реализовать, особенно в работе с партнером. Но это тоже очень классный метод для познания новых музыкальных навыков, так как мне приходится выходить их своей зоны комфорта.



Какой самый важный инструмент для тебя в твоих композициях?

Конечно же это мой компьютер.

Назови музыкантов, которые вдохновляют тебя?

Это непростой вопрос. Мой вкус все время меняется. Я люблю тех, кто не боится экспериментировать, и делать что то уникальное. Можно сказать, что я большой фанат DJ Koze. Он не боится ничего в своих релизах. Еще мне нравятся Fourtet, Mountains, и Bonobo, и много инди рока, например группа National. Совсем недавно узнал о норвежской группе Highasakite.

Ты много путешествуешь, есть любимые города и клубы?

Мне очень нравится Любляна в Словении. Это очень красивое место, похоже на Италию, но с небольшим чувством восточной Европы. Из фестивалей мне запомнился местный фестиваль в штате Вашингтон, который называется Sasquatch. Там в основном играют рок музыканты, но и мое выступление прошло прекрасно.



Сценарий идеальной вечеринки для тебя?

Мне нравятся вечеринки, на которых люди танцуют, но где публика не ожидает знакомых для них треков, а открыта для музыкальных вариаций. Вообще я люблю вечеринки, на которых можно услышать разные стили музыки.

В чем ты видишь различия американской и европейской электронной сцены?

В целом танцевальная электроника не так развита в Америке, особенно в контексте лайв выступлений. Американской публике нужны гитары и барабаны! Поэтому музыканты набирают состав для лайв выступлений и меняют свой стиль. Иначе трудно найти спрос на выступления.

Ты что-нибудь знаешь о Петербурге и России, знакомо ли тебе творчество наших электронных музыкантов?

Я был в Москве однажды, но я не очень много знаю про ваших музыкантов. Я очень хочу увидеть Петербург, так как слышал много хорошего о нем! Жаль, что будет не так много времени для знакомства с вашим городом.

TOP 5 любимых треков Lusine (Jeff McIlwain)
Lusine: «Вот 5 треков, которые мне очень нравятся сейчас. Все эти треки трудно определить по жанру, но они прекрасно звучат как полноценные песни независимо от категорий!»



1. DJ Koze- Nices Wölkchen



2. Bonobo- Cirrus



3. Jon Hopkins- Open Eye Signal



4. Bibio- À Tout À L'heure



5. Ultraista- Small Talk (fourtet remix)