avatar

Eddie Fowlkes: Четвертый из Бельвиля

Опубликовал в блог Интервью
0

Eddie Fowlkes: Четвертый из Бельвиля

Он не из Бельвиля. Возможно, в этом-то и вся проблема. RA беседует с одним из забытых героев техно.

Почему мы рассказываем наши истории? Потому что упорядочивать информацию это естественное желание человека. «Откапывать» вещи, которые неизвестны широкой общественности. Но реальная жизнь намного сложнее и запутаннее. В реальной жизни нет ничего «по три». Реальная история техно – это не только основатели, инноваторы и лидеры. Реальная история техно включает и имена, забытые теми, кто не близко знаком с этим жанром: Бакстер, Эклз, Шакир, Олдхэм, Фолкс.

Без них не была бы полной ни одна серьезная история, и ни одна серьезная история не может в полной мере передать то влияние – будь оно большое или незначительное – которое оказало Трио из Бельвилля − Хуан Аткинс, Деррик Мэй и Кевин Саундерсон – на огромное число музыкантов, появившихся позднее. Но и вклад Эдди Фоукса в техно-музыку переоценить сложно. Мало кто может похвастаться тем, что в середине 80-х он жил в одной комнате с Дерриком Мэем или что они побудили Кевина Саундерсона бросить футбол и вплотную заняться музыкой.

Eddie Fowlkes

Фоукс может. Вместе с Аткинсом и Мэем он входил в команду Deep Space – группу диджеев, к которой потом присоединились также Санудерсон, Арт Пэйн и Кит Мартин. К тому времени Аткинс уже играл в Cybotron. Однажды он дал живое выступление. «Я танцевал с одной девушкой, и вдруг вокруг стало тихо и темно», − вспоминает Фоукс. −«Она подумала, что я теряю сознание, но все затихло, и я просто ничего не видели и не слышал. И тут какой-то голос сказал мне: «Запиши пластинку». Она схватила меня и я спросил ее: «Ты чувствуешь? Ты чувствуешь, как ты дрожишь?» Она ответила: «Неа. У тебя закатились глаза». Бам! – и так я оказался тут.

«Оказался тут» — то есть стал записывать пластинки. До этого вечера Фоукс мало интересовался записью песен. «Я просто хотел быть диджеем. Моя цель была играть в клубах Детройта. То есть, я слышал, чем занимается Хуан и все они в Cybotron’е, но меня это не привлекало». Однако после того вечера Фоукс стал экспериментировать с музыкой. Примерно в это же время начинали раскачиваться Мэй с Саундерсоном. Возьмите ранние релизы Metroplex – и вы увидите на них имя Фоукса. В 1986 году вышел Goodbye Kiss, который журналист Дэн Сиско назвал первым «настоящим успехом в области техно».

Несмотря на то, что этот трек привлек немалое внимание к техно Детройта, он не стал хитом. И с этим Фоукс даже не спорит: «Можно сказать, что Эдди не выпустил такие же супер-хиты, как Кевин или Деррик». Но нельзя утверждать, что я не участвовал в этом, потому что именно я тогда сказал: «Я хочу выпустить пластинку». И тут присоединились Деррик и Кевин. Но я не пытаюсь это всем рассказать и доказать. Те, кто знает, − те знают. Это было что-то типа: «О, так этих чуваков не трое, а четверо. Там есть еще один, который был с Дерриком, и он сказал Хуану, что хочет выпустить пластинку. Те, кто знает, − те знают. Если не знают – хорошо. Но я многое потерял».

Так почему же Фоукс оказался забытым? На это есть две основные причины. Во-первых, в отличие от других трех диджеев, у Фоукса не было своего лейбла. Metroplex, Transmat и KMS потребовалось много времени и усилий, чтобы сделать популярными имена Аткинса, Мэя и Саундерсона (также это дало им свободу выпускать все что угодно и когда угодно). Это такая детройтская традиция – музыканты, которые идут по следам Берри Горди, обычно отчаянно стремятся к независимости, и ревностно следят за тем, чтобы кто-нибудь не отобрал у них эту независимость. В 1993 Фоукс основал City Boy Records, но к тому времени трио было популярно уже несколько лет и с их именами ассоциировалась вся классика техно.

«Когда британская пресса трещала о трио из Бельвиля, я все думал: «Откуда, черт побери, взялся этот Бельвиль?!»

Вторая причина (возможно, более важная в плане начальной популярности за рубежом) – Фоукс и автор сборника Techno! The New Dance Sound of Detroit Нил Раштон «никогда не обсуждали свое возможное сотрудничество». Британский релиз сборника познакомил публику с такими именами, как Аткинс, Саундерсон и Мэй и сделал их популярными в Европе. Это «замедлило развитие моей карьеры, пока остальные делали ремиксы и общались с прессой», − говорит Фоукс. Как только ты становишься, скажем, другом Хуана Аткинса, соседом Деррика Мэя или диджеем, который вдохновил Саундерсона, и ты не можешь рассказать свою собственную историю, то ты начинаешь отходить на второй план. Как только ты не вписываешься в общую историю (а Фоукс не из Бельвиля), то тебя не замечают в свете остальных.

Фоукс понимает. В какой-то степени. «Я не виню их за то, что пока журналисты брали интервью у них, я оставался в тени. Но когда пресса начала кричать об этом «Трио из Бельвиля», я не мог понять, откуда, черт возьми, взялся этот Бельвиль?! Ведь все началось здесь, в Детройте. И люди, которые читали это, верили. Они купились на это. Я не могу указывать прессе, что писать, а что не писать. Но это странно, когда пресса называет их троих основателями, а они не возражают ни слова в ответ, и публика начинает этому верить. Ведь я тоже участвовал во всем этом. Когда вы говорите о трех основателях, то вы имеется в виду создание хитов или участие в самой истории создания коллектива?! Это важно».

Eddie Fowlkes

Если честно, то Фоукса не полностью вычеркнули из этой истории. В этом году ему, вместе в Аткинсом, Саундерсоном, Карлом Крейгом и Джефом Миллзом, отдали дань уважения на Movement. Все они оставили отпечатки рук в Национальном музее Детройта как символ своего большого вклада в развитие техно. Как и сказал Фоукс, кто знает – тот знает. Но как вам скажет любой исполнитель, очень часто запоминаются лишь те, кто создавал хиты. И, если посмотреть на дискографию Трио из Бельвиля, хитов у них больше. И что еще важно, они всегда приносили выпуск пластинок в жертву диджейству и живым выступлениям. Так они старались популяризировать детройтское техно. Но даже если бы у Фоукса была возможность поучаствовать в этих мировых турне, нельзя сказать наверняка, что это было бы ему интересно. «Я не хочу, чтобы музыка контролировала меня. Я контролирую музыку».

Также он знал, какую цену приходится платить музыкантам. Вспоминая свою встречу с легендой Motown Эдди Холландом, он подметил, что у большинства музыкантов в этой сфере нет стабильной семьи и нет детей. «Итак, я решил, что если следующая девушка, которую я встречу, окажется той самой, то я создам с ней семью. Так и получилось. Вот почему моя карьера замедлилась. У меня появились дети, и я хотел быть с ними».

Жена Фоукса стала больше, чем его спутницей жизни. Можно сказать, она стала его A&R менеджером. «Если девушка танцует под твой трек, то он точно хороший. Неважно, к какому направлению он относится: если девушки не танцуют под трек, то он никакой…Моя жена – глава в доме…и когда она говорит: «О, это мне нравится!» − то значит, что я все сделал правильно».

Eddie Fowlkes

Несмотря на дом и семью, за спиной у Фоукса разнообразная карьера − от техно до хауса, иногда с заходами в даунтемпо. В начале 90-х годов он продвигал идею «техно-соула» − направления, которое позволило ему найти середину между самоуверенностью Хуана Аткинса и чартовыми «сладостями» Кевина Саундерсона. «Детройт для меня – это звезды хауса и звезды техно», − говорит Фоукс. – «Вот почему мой лейбл называется Detroit Wax». Он всегда придавал большое значение городу с его историей. В 1996 году Фоукс выпустил сборник True People, который Саймон Рейнолдс назвал «язвительным упреком всему миру за осквернение Детройта (преступление, которое Фоукс назвал «культурным изнасилованием»)».

Но появились признаки оттепели. Когда речь заходит о религии, Фоукс говорит, что «иногда это борьба против желания упомянуть имя Бога всуе и продать его». Я спросил его, почему. «Это как продавать Слово, и я этим не занимаюсь. Я стараюсь хорошо относиться к людям. Да, в прошлом я сжигал мосты, но я научился их чинить. И я рад людям, которые хотят чинить их вместе со мной. Если нет – то что ж, я вас понимаю. Но я должен двигаться дальше как человек, как муж и как отец своих детей». Искупление? Прощение? Желание расставить все точки над i и рассказать правду? Это мы можем оставить позади.

Eddie Fowlkes

По материалам residentadvisor.net
0 комментариев RSS
Нет комментариев
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.